Цитоморфологическая характеристика опухолей и опухолевидных образований яичников у девушек и женщин раннего репродуктивного возраста

Печать
PDF

В последние годы наряду с эхографическим, эндоскопическим, иммуноферментным (определение уровня онкомаркеров в крови) и морфологическим методами диагностики опухолей яичников все большее признание получает интраоперационный экспресс-цитологический метод. Цитологическая диагностика характера опухоли яичника (как доброкачественной, так и злокачественной) основана на том, что слущенные с поверхности капсулы опухолевые клетки попадают в брюшную полость и скапливаются внутри нее. По характеру этих клеток можно уточнить не только доброкачественность или злокачественность опухоли яичника, но и ее гистоструктуру. Однако, по данным ряда авторов [3, 4, 8], частота цитологически отрицательных результатов достигает 40—50%, а у 10—30% пациенток оказывается невозможным получить перитонеальную жидкость путем кульдоцентеза. В связи с этим актуален поиск дифференциально-диагностических цитологических критериев доброкачественности или злокачественности опухоли яичника, особенно при эндохирургическом лечении больных.


Цель настоящего исследования — цитоморфологическая характеристика опухолей и опухолевидных образований яичников у девушек и женщин раннего репродуктивного возраста, подвергнутых эндохирургическому лечению.

Обследованы 71 пациентка в возрасте от 15 до 34 лет с опухолями и опухолевидными образованиями яичников, подвергнутая хирургическому лечению методом лапароскопии, и 13 здоровых женщин (контрольная группа), подвергнутых лапароскопической стерилизации. По результатам эндоскопического осмотра органов брюшной полости и ретроспективного учета данных гистологического исследования удаленных тканей больные были разделены на группы. В I группу вошли 14 больных со зрелыми тератомами яичников, во II — 15 женщин с эндометриоидными опухолями, в III — 7 больных с серозными цистаденомами, в IV — 3 пациентки с муцинозными цистаденомами, в V — 2 больных со злокачественными опухолями (серозная цистаденофиброма и аденофиброма), в VI — 14 женщин с серозными кистами, в VII — 8 больных с паровариальными, в VIII — 8 пациенток с ретенционными кистами (3 — с фолликулярными, 5 — с кистой желтого тела). До операции больные были подвергнуты общеклиническому, эхографическому, эндоскопическому исследованиям. Кроме этого, выполнены бактерио-скопические, бактериологические и иммуноферментные исследования на инфекцию, передающуюся половым путем. Степень выраженности сальпингоофорита оценивали на основании данных лапароскопии по шкале Henry—Suchet, Gayraund [2], наружного эндометриоза гениталий — в соответствии с классификацией Американского общества фертильности [6].

Во всех случаях выполнено цитологическое исследование перитонеальной жидкости, полученной накануне операции путем кульдоцентеза и/или во время лапароскопии, жидкостного содержимого опухолей и опухолевидных образований яичников, мазков-отпечатков биоптатов опухолей [5]. В случае отсутствия аспирата при кульдоцентезе в позадиматочное пространство по пункционной игле вводили 10 мл стерильного физиологического раствора, после чего жидкость вновь аспирировали, получая смыв из брюшной полости с клеточным содержимым [1, 7]. Интраоперационно лапароскопически всегда удавалось получить достаточное количество перитонеальной жидкости. Жидкостное содержимое опухолей и опухолевидных образований яичников получали интраоперационно путем пункции этих образований иглой, введенной через боковой троакар. При подозрении на злокачественную опухоль во время лапароскопии производили забор биоптатов и готовили из них мазки-отпечатки.

Цитологический статус перитонеальной жидкости у здоровых женщин (контрольная группа) характеризовался наличием единичных или групповых клеток мезотелия нормального строения, а также небольшого количества неизмененных эритроцитов, попавших при взятии аспирата или проникших в брюшную полость путем диапедеза.

В I группе при зрелых тератомах цитологическая картина перитонеальной жидкости была следующей. У 11 (78,6%) пациенток отмечали клеточный состав (лимфоциты, гистиоциты, белковый преципитат), наблюдаемый при воспалительном процессе. Реактивные и дистрофические изменения клеток мезотелия обнаружили у 8 (57,1%) больных. По данным бактериоскопического и иммуноферментного анализов, у этих пациенток выявлен генитальный хламидиоз и уреаплазмоз. По данным осмотра органов малого таза, имел место сальпингоофорит и выраженный фиброзно-спаечный процесс. Гистологически доказано наличие воспалительного процесса половых органов (лимфогистиоцитарная инфильтрация маточных труб, признаки воспаления в стенках опухолей). Пролиферацию клеток мезотелия в перитонеальной жидкости обнаружили в 2 (14,3%) случаях на фоне сальпингоофорита и плоскостных свежих желатиноподобных спаек. Бесструктурное гомогенное вещество получили у 3 (21,4%) больных с сопутствующим эндометриозом брюшины. Только у 2 (14,3%) пациенток 15 и 20 лет, отрицавших половую жизнь, была выявлена нормальная цитологическая картина (эритроциты, группы клеток мезотелия без особенностей, отсутствие других клеточных элементов) перитонеальной жидкости.

В мазках из жидкостного содержимого зрелых тератом у 13 (92,9%) пациенток обнаружили капли жира, у 11 (78,6%) — жировой детрит, у 12 (85,7%) — макрофаги. Элементы фиброза и фибриновые волокна выявили в 3 (21,4%) случаях. Присутствие волос в 50% случаев сопровождалось обнаружением при цитологическом исследовании роговых чешуек. У 2 (14,3%) пациенток из этой группы эндоскопически опухоль визуализировали в виде двухкамерного образования с прозрачным жидкостным и жировым компонентами. Цитологически состав обоих аспиратов включал роговые чешуйки, белковый преципитат, капли жира, лимфоциты, аморфные массы и макрофаги. Цитограмма жирового компонента не отличалась от таковых при однокамерных зрелых тератомах.

Ни у одной больной с эндометриоидными опухолями яичников (II группа) не было выявлено нормальной цитологической картины перитонеальной жидкости. Так, элементы крови обнаружили у 11 (73,3%) пациенток с длительностью заболевания более 5 лет и III—IV степенью распространения наружного эндометриоза. Бесструктурное гомогенное вещество, единичные группы клеток цилиндрического эпителия, напоминающие клетки эндометрия с дегенеративными изменениями, отмечали у 9 (60,0%) обследованных при перфорации стенки опухоли. В 10 (66,7%) случаях с бесплодием обнаружено большое количество макрофагов, значительное количество групп и пластов клеток мезотелия с пролиферативными, дистрофическими и дегенеративными изменениями. Единичные клетки мезотелия обычного вида были выявлены лишь у 2 (13,3%) больных при длительности эндометриоза менее 1,5 года и I степени распространения. Клеточные элементы, характерные для воспалительного процесса, отмечены у 13 (86,7%) пациенток. Из них у 9 лапароскопически наблюдали признаки сальпингоофорита, у 2 — лабораторно выявили генитальный хламидиоз и уреаплазмоз.

Фон цитологических препаратов из содержимого эндометриоидных опухолей яичников был взаимосвязан со степенью распространения, длительностью эндометриоза и фазой менструального цикла. Так, детрит встречался в 12 (80%) случаях при II—IV степени заболевания и длительности процесса более 2 лет. В лютеиновую фазу цикла у 9 (60%) пациенток наблюдали единичные группы клеток призматического эпителия с дегенеративными изменениями, сходные с эндометрием, и макрофаги в большом количестве. В перименструальный период у 6 (40%) женщин визуализировали нормальные и реактивно измененные эритроциты, в раннюю фолликулиновую фазу — только макрофаги.

При серозных цистаденомах (III группа) в перитонеальной жидкости в 100% случаев обнаружены элементы воспаления: у 4 (57,1%) пациенток — небольшое количество гистиоцитов, у 7 (100%) — умеренное количество лимфоцитов, у 3 (42,9%) — белковый преципитат. В 3 (42,9%) случаях отмечали выраженное скопление пластов клеток мезотелия с пролиферативными, реактивными и дегенеративными изменениями. Лабораторно генитальный хламидиоз выявлен у одной больной. Лапаро-скопически картина сальпингоофорита имела место лишь у 4, кистозной дегенерации яичников — у 2, наружного эндометриоза — у 1 пациентки. При гистологическом исследовании капсулы опухоли только в двух случаях были выявлены признаки воспалительного процесса.

Содержимое серозных цистаденом в 4 (57,1%) случаях включало элементы воспаления: макрофаги в большом количестве, умеренное количество лимфоцитов, нейтрофильные лейкоциты, белковый преципитат. Эритроциты обнаружили у 3 (42,9%) пациенток с серозно-геморрагическим аспиратом из опухоли, перекрутом ножки кистомы, кровоизлияниями в ее стенку. Кроме этого, у 6 (85,7%) больных выявлены элементы выстилки капсулы опухоли (цилиндрические эпителиальные клетки с атрофическими и дегенеративными изменениями), а в одном (14,3%) случае — и текалютеиновые клетки.

В IV группе цитограммы перитонеальной жидкости характеризовались наличием элементов воспаления (макрофаги, лимфоциты, нейтрофильные лейкоциты, гистиоциты), групп клеток мезотелия с реактивными изменениями. По данным лабораторного исследования на инфекционный процесс, гарднереллез установлен у одной больной. Лапароскопически у 2 женщин обнаружены признаки сальпингоофорита.

Цитологическая картина содержимого муцинозных цистаденом была представлена слизью, лежащими раздельно или группами клетками, подобными «бокаловидным» толстокишечным.

У больных V группы в перитонеальной жидкости отсутствовали атипичные и полиморфные клетки, свидетельствующие о злокачественности процесса. В мазках были выявлены лишь пролиферация клеток мезотелия и незначительное количество макрофагов или нейтрофильных лейкоцитов.

На основании визуальной оценки характера опухоли и признаков злокачественности для быстрого выбора адекватного объема операции использовали цитологическое исследование мазков-отпечатков биоптатов. На фоне групп клеток цилиндрического эпителия с признаками выраженной пролиферации были обнаружены сосочкоподобные структуры из клеток железистого строения с признаками атипии, что свидетельствовало о злокачественности процесса. При срочном гистологическом исследовании биоптаты опухоли не обладали даже потенциально низкой степенью злокачественности. На основании цитологического анализа и лапароскопической картины осуществлено радикальное хирургическое вмешательство. Стандартное морфологическое исследование опухолей в дальнейшем подтвердило правильность выбора обследования и хирургического лечения.

При опухолевидных образованиях яичников (VI группа) цитограмма перитонеальной жидкости характеризовалась наличием элементов воспаления у 10 (71,4%) пациенток. Из них в 3 случаях лабораторно были выявлены хламидии, в 8 лапароскопически подтвержден сальпингоофорит с инфильтрацией и гиперемией труб, наличием гидросальпинксов, желатиноподобных и фиброзных спаек, выраженным изменением анатомии и топографии органов малого таза. Кроме того, у 2 больных обнаружен эндометриоз брюшины и яичников. При выраженной инфильтрации и значительном отеке маточных труб в жидкостном содержимом брюшной полости выявляли белковый преципитат и большое количество гистиоцитов. Во всех случаях обнаружен измененный мезотелий. При длительной (более 1 года) персистенции кисты выявляли пласты реактивно, пролиферативно и дегенеративно измененных клеток мезотелия. Единичные дегенеративно измененные клетки мезотелия отметили у 6 (42,9%) больных с серозными кистами при отсутствии сальпингоофорита и спаечного процесса.

Цитограмма содержимого серозных кист отличалась бедностью клеточного состава. В 9 (64,3%) случаях определяли примесь элементов крови, причем эритроциты были у 6 (42,9%) пациенток, макрофаги — у 5 (35,7%), лимфоциты — у 7 (50%), нейтрофильные лейкоциты — у 1 (7,1%). У 9 (64,3%) больных обнаружены также дегенеративно измененные единичные клетки мезотелия. В остальных 5 (35,7%) случаях клеточные элементы вообще отсутствовали.

В VII группе у 3 (37,5%) из 8 больных цитограмма перитонеальной жидкости характеризовалась наличием элементов воспаления. Единичные или пласты реактивно и дегенеративно измененных клеток мезотелия у 6 (75%) пациенток свидетельствовали как о наличии сопутствующего сальпингоофорита, так и о перенесенных хирургических вмешательствах на органах брюшной полости с формированием спаечного процесса.

Содержимое паровариальных кист по клеточному составу было неоднородным. У 6 (75%) пациенток фон мазка напоминал цитограмму мазка серозной кисты: у 3 (37,5%) женщин клеточные элементы отсутствовали, у 3 (37,5%) отмечена примесь элементов крови. Гистиоциты, макрофаги и лимфоциты наблюдали у 2 (25%) больных с сопутствующим сальпингоофоритом и хламидиозом. В одном (12,5%) случае содержимое паровариальной кисты цитологически было схоже с серозной цистаденомой. Обнаружены единичные цилиндрические эпителиальные клетки с дегенеративными изменениями. У одной (12,5%) пациентки клеточный состав паровариальной кисты соответствовал цитограмме жидкостного компонента зрелой тератомы (роговые чешуйки, белковый преципитат, единичные клетки цилиндрического эпителия с дегенеративными изменениями).

У пациенток с ретенционными кистами (VIII группа) измененные цитограммы перитонеальной жидкости выявлены в 5 (62,5%) из 8 случаев. Наличие макрофагов, белкового преципитата, гистиоцитов и лимфоцитов в перитонеальной жидкости подтверждало существование воспалительного процесса в органах малого таза как по данным лапароскопической картины, так и по данным лабораторного исследования на инфекцию. Группы, пласты реактивно и дегенеративно измененных клеток мезотелия обнаружили у 4 (50%) пациенток с бесплодием и спаечным процессом после чревосечений по поводу гинекологической или хирургической патологии.

Цитологический состав аспирата ретенционных образований отличался отсутствием клеточных элементов при фолликулярных кистах и наличием эритроцитов при кистах желтого тела. Лишь в одном (12,5%) случае при кисте желтого тела были выявлены текалютеиновые клетки.

На основании проведенного исследования сформулируем следующие выводы.

1. Срочное интраоперационное цитологическое исследование содержимого истинных опухолей яичников в 86—100% случаев отражает клинико-морфологическую характеристику патологического процесса.

2. Выявление лишь единичных мезотелиальных или текалютеиновых клеток в содержимом яичников при цитологическом исследовании свидетельствует о наличии ретенционных кист яичников и доброкачественности патологии, за исключением паровариальных кист, которые могут иметь цитологическую картину, свойственную серозным цист-аденомам или зрелым тератомам.

3. Интраоперационная и предоперационная цитологическая характеристика перитонеальной жидкости у больных с опухолями и опухолевидными образованиями яичников обусловлена воспалительным процессом органов малого таза и брюшной полости, а также видом опухоли только при самопроизвольной микроперфорации ее стенки.

4. При воспалительном процессе органов и структур малого таза цитоморфологическое исследование перитонеальной жидкости наиболее информативно по сравнению с визуальным осмотром брюшной полости во время лапароскопии или лабораторным исследованием мазков из уретры, цервикального канала, влагалища. Степень изменений цитоморфологической картины перитонеальной жидкости связана с характером воспалительного и деструктивного процессов.

5. Наличие у больных как с опухолями, так и с опухолевидными образованиями яичников в перитонеальной жидкости элементов воспаления указывает на важную роль урогенитальной инфекции в развитии этой патологии.

Т.С. Дивакова, М.П. Фомина, Н.Г. Батуева
Витебский государственный медицинский университет

Cytomorphological character of tumors and tumor-like neoplasms of ovaries in girls and women of young childbearing age
T.S. Divakova, M.P. Fomina, N.G. Batueva

 



ЛИТЕРАТУРА

1. Баскаков В.П. Клиника и лечение эндометриоза. — Л., 1990. — С. 38—39.

2. Гинекологические нарушения: Дифференциальная диагностика и терапия. Пер. с англ. / Под ред. В.И. Кулакова. — М.: Медицина, 1985. — 590 с.

3. Мельник А.Н. Цитоморфологическая диагностика опухолей. — Киев: Здоров’я, 1983. — С. 259—263.

4. Нечаева И.Д. Опухоли яичников. — Л., 1987. — 120 с.

5. Петрова А.С. Цитологическая диагностика опухолей и предопухолевых процессов. — М., 1985. — 304 с.

6. American Fertility Society: Revised American Fertility Society. Classification of Endometriosis // Fertil. & Steril. — 1985. — V. 43, N 3—4. — Р. 351—352.

7. Gia-Khanh Nguyen, Tilde S. Kline, Igaku Shom. Essentials of aspiration biopsy cytology. — New York; Токуо, 1991. — Р. 184.

8. Koss L.G. Aspiration biopsy: cytologic interpretation and histologic bases. — New York, 1992. — Р. 5—9.

Статья опубликована в журнале Медицинские новости